Обыкновенное чудо Владимира Никифорова

«Вовсе я не аскет, с чего вы взяли? — улыбнувшись, ответил Владимир НИКИФОРОВ. — Лично мне хватает того, что есть, а деньги надо тратить туда, где это необходимо: на людей, на технологии, на благоустройство...».

Разговор с легендой аграрной отрасли Алтайского края, руководителем АКХ «Ануйское», начался от общего к частному, плавно вошел в русло экономики хозяйства и длился больше часа.

Часть 1: народное предприятие

«Ануйское» правильнее назвать сетью хозяйств. В селах Петропавловского района работает семь укомплектованных бригад, шесть из которых — с животноводством. В районе их угодья образуют собой полумесяц. Общий штат работников — свыше 700 человек, самое большое симментальское стадо в крае (свыше 6000 голов) и 28 тысяч гектаров земли. А еще два маслосырзавода, колбасный цех, мельница, четыре пекарни и переработка сои.

И это далеко не все дела, а только те, что на виду.

По всем признакам — холдинг, однако это не совсем так. АКХ «Ануйское» — вообще уникальный случай. Народное предприятие, районообразующее.

«Если скажу, что мне нравится наша экономика, к которой мы пришли, — это будет неправильно. Она не должна нравиться. Человек должен что-то еще совершенствовать. Постоянно, — говорит Никифоров. — И сказать, что мы достигли всего, чего хотели, не могу — это не так.

Я бы взялся построить молочный комплекс, самый современный. Но нет ведь кадров молодых! Выпускники проходят практику, я прямо им говорю: «Приезжайте к нам — построим». Не нашли мы таких энтузиастов, готовых этому жизнь посвятить. О чем речь, если у нас элементарно не хватает ветеринаров — это раз. Далеко мы географически, 300 км от Барнаула — это два».

В советское время Владимир Иванович, как положено, учил политэкономию. В этом было немало разумного и доброго: в частности, что отдаленность надо компенсировать благами.

Собственно, этим руководитель АКХ «Ануйское» и занимался всю сознательную жизнь. И это не для красного словца. Предприятие обеспечивает сельчан не только работой, но и жильем, а местные села — спортивными и культурными объектами, озеленением, лесопосадками, коммунальной инфраструктурой. Построило на свои средства начальную школу. Поддерживает ветеранов, молодежь, спортсменов, на выездных соревнованиях оплачивает им дорогу, питание, проживание. Помогает с организацией праздников.

**
5–7 тысяч саженцев сосны ежегодно высаживается вокруг сел Петропавловского района работниками АКХ «Ануйское».
**

Первый водопровод в Зеленом Доле — прямо в дома людей — прокладывало именно «Ануйское». До этого качественной воды в селе не было. Объект и сегодня остается на балансе хозяйства.

Социальная сфера района, особенно Зеленого Дола, во многом зависит от АКХ. Например, ассоциация компенсирует сотрудникам расходы на детский сад: если в хозяйстве работают оба родителя — 100%, один из родителей — 50%, матери-одиночке — 100%.

А различных налогов предприятие платит более 1 млн рублей в день. Местный бюджет на «Ануйское» буквально молится.

В нынешних экономических реалиях дела здесь обстоят так: «Покупаем все, что нам надо, по мере обновления. Пару лет назад взяли немецкие кормоуборочные комбайны — лучшие. В прошлом году купили российские зерноуборочные комбайны, косилку и два погрузчика. И еще будем покупать. Ведем плановые ремонты, реконструкции», — перечисляет Никифоров.

Например, пока молодняк на выпасах, перестраивают откормочники на современный лад, бетонируя при этом полы. Прежде они были земляными, но последние осени стали настолько влажными, что вода в загонах под копытами моментально превращается в грязь, а животные чуть ли не тонут в ней. Значит, и это будет исправлено. И такие примеры во всем.

Единственное, что не меняется, — это директорский кабинет Никифорова. Висит за его спиной все тот же Ленин на брусчатой стене.

А вот на «Ниве» он теперь уже не ездит — возраст не тот. А моложе был — весь край на ней исколесил. И вообще не загонялся по этому поводу.

Сам Владимир Иванович занимается лишь базовыми вопросами или же появляется там, где возникнет острая необходимость. В остальном бригады автономны. Ноги специалистам здесь никто не переставляет.

«Например, нашли мы агронома: парень сообразительный и работоспособный — все под его контролем. А мое дело — не мешать ему и помочь в нужное время. То же с остальными специалистами. Я же появляюсь только там, где есть проблемы. Изначально так и было», — продолжает Никифоров.

Зарплатные фонды в бригадах народного предприятия, по словам его руководителя, формируются от исполнительности доярок и механизаторов. То есть система выстроена снизу вверх: от того, как сработали младшие звенья, зависит зарплата среднего и высшего звена.

«Есть расценки, есть доплаты за качество работы, за дисциплину, за технологию, есть квартальные и годовые выплаты. У главного специалиста и у директора (то есть у самого Никифорова, — прим. автора) оклада нет.

Смотрите: сколько доярка заработала за месяц, столько же заработал и бригадир, но с коэффициентом. Не заработала доярка? Вы — бригадиры — смотрели, как она работает. Что ж, значит, и вы не заработали. Это была и ваша зарплата.

И так далее по цепочке: от зарплаты бригадира зависит оплата труда управляющего среднего звена. То же самое с главным специалистом. А моя зарплата выше, чем у главного специалиста, на 25%. Вот так наша система построена».

На минуточку, нынешняя зарплата специалистов в «Ануйском» — от 100 до 250 тысяч рублей.

При этом на стенде у конторы ежедневно (!) вывешивают результативность каждой бригады по молоку. Бесконечное соревнование.

«Мир устроен на этом. Каждый смотрит друг на друга и старается соответствующим образом выглядеть», — говорит Владимир Иванович.

Почти все бригады в ассоциации на полной самоокупаемости и прибыльны. Всего одна — самая молодая — еще не вышла на нулевой баланс. Соответственно, задолжала остальным — около 100 миллионов рублей. Но в целом, по словам руководителя, работает уже приемлемо, а расчет — это вопрос времени.

«Там слишком большие переломы были: прежде чем вступить в АКХ, дошли до того, что уже сеять нечем, нет запчастей, горючего, денег на зарплату. Именно тогда пришли, попросились вступить. Но как только начали наводить порядок — многие стали увольняться. Туда и дорога! Их все устраивало, пока растаскивали. Потом начали жестко считать — и расход солярки сразу сократился в несколько раз», — усмехнулся Владимир Иванович.

Вложений сделали немало: перекрыли все крыши на зерноскладах, полностью обновили технику, чего не производилось еще с советских времен.

Часть 2: назад в будущее

Отмотаем к началу беседы: с чего начиналось становление «Ануйского» в его нынешнем виде и как оно дошло до жизни такой.

В сельском хозяйстве Владимир Иванович с 12 лет. Все началось с совхозных сенокосов, а по мере взросления усложнялось: перед армией был водителем. Затем сельхозинститут, в который парня спровадил один из прежних руководителей совхоза — Василий Петрович Меркулов. Система «рыбак рыбака» сработала... Инженерный факультет и каждое лето в стройотряде. Систематику сельхозпроизводства будущий руководитель уже тогда буквально впитал.

«Хорошая практика была, и зарабатывали хорошо. Выполняли квалифицированную работу: были заняты в механизации животноводства, строительстве мехтоков и агрегатов по производству витаминной муки», — вспоминает Никифоров.
Он быстро вырос в совхозе сначала до главного инженера, а затем до руководителя. Стоял 1987 год. Пресловутые ласточки перестройки уже прилетели.

Не ошибся Меркулов, когда увидел в бесстрашном и справедливом парне достойную смену. Оказалось, лучшей кандидатуры, чем Никифоров, для новой эпохи нельзя и представить.

В голове не укладывается, как в условиях, когда все, словно в карикатуре, разваливалось, Никифорову удалось выстроить крепкую самобытную систему, взяв при этом лучшее от советской, да еще и наладить собственную переработку сельхозпродукции.
В девяностые во главе с Никифоровым «Ануйское» быстро привыкло рассчитывать только на себя. Молодой руководитель уже заработал доверие коллектива и достучался до людей с простой мыслью: у нас есть головы, есть руки, и мы сможем построить себе будущее и процветать.

«Нас тогда как котят или щенков бросили — выживай как хочешь. Зато не мешали. Мы надеялись на собственные силы, и от этого легче жилось. Мы тогда делали все, что не запрещено: захотел мельницу построить — строил. Сказали люди: что же это такое — хлеб к нам привозят, своей пекарни нет. Мы ее за 8 месяцев построили. Захотели колбасный цех — пожалуйста. Реконструировали под него здание бывшей общественной бани. В то время ведь все проще было, на уровне района решалось, и по сей день все работает, — продолжает Владимир Иванович. — Мы начали продавать продукцию тому, кто своевременно платит. Со временем забрали в ассоциацию банкротные маслозаводы. При этом я сразу сказал людям: в кабальные кредиты залезать не станем. Будем жить по средствам. Как работаем — так и живем».

Нынешняя ситуация, по мнению производственника, принципиально иная.

«Очень много энергии у специалиста, у руководителя уходит на несвойственные работы. Когда человеку быть технологом, быть организатором? Ему надо работать с людьми, а не сидеть с этими ФГИСами. Вот что огорчает», — говорит Владимир Иванович.

Часть 3: человеческий фактор

В девяностые и нулевые «Ануйское» осталось крупнейшим хозяйством в районе, да что там — в крае. При этом всегда испытывало нехватку трудового ресурса. Руководителю нужно было и постараться уберечь кадры, и привлекать новые.

«Мы в те годы строили не менее 10-12 квартир в год. Потом по символической цене продавали людям жилье, которое они уже занимали. То есть здорово начали стимулировать индивидуальное строительство. И многие за это уцепились. Тогда вышел закон: в трудонедостаточных районах Сибири и Дальнего Востока выдавали кредиты — до 10 тысяч рублей. По тем временам это огромные деньги. И мы этим воспользовались, — продолжает руководитель АКХ «Ануйское». — Помогали людям строиться: выдавали деньги, рабочую силу и технику».

За стройматериалами в свое время ездили чуть ли не по всему бывшему Союзу — вплоть до Тюмени и Павлодара. Помогла близость к Кузбассу. Шахтеров нужно было кормить, в обмен на продовольствие «Ануйское» получало металл и цемент по бартеру.
Тогда это позволило закрепить людей, особенно ту молодежь, которая приходила работать. По сей день на балансе «Ануйского» 150 квартир. Дома постоянно реконструируют и благоустраивают.

По людям в бригадах — сколько соломку ни стели — динамика, к сожалению, пока отрицательная, а кадровые потребности у «Ануйского» огромные.

«Не секрет, что молодежь из сел бежит. Села-то везде потихонечку сокращаются, стареют. Мы жилье предоставляем, доплачиваем к стипендии — лишь бы учились, — отмечает Никифоров. — Взять Солонешенский лицей, с которым сотрудничаем: стипендия там, грубо говоря, 500 рублей. Мы ребятам, которые потом придут к нам работать, к ней еще 15 тысяч доплачиваем. Получается, увеличиваем ее в тридцать раз».

Профориентацией Владимир Иванович занимается лично и не первое десятилетие. Будь то первый или последний звонок — обязательно приходит в школы. С ребятами говорит начистоту: «Если мечтаете летчиком стать — это одно. Вам и карты в руки. Но если не определились, затрудняетесь в выборе — почему не взять то, что само в руки плывет? В селе можно достойно жить и работать!».

Владимир Иванович часто склоняется к мысли, что разучились у нас воспитывать человека трудом.

«В свое время у нас были школьные поля. Одно поле отдали Петропавловской школе, второе — Зеленодольской. Ребята из 8-9-х классов работали на своей земле. Дали им тракторы, комбайны, плуги, бороны, сеялки, семена, горючее. Школы получали урожай и сами им распоряжались. Главное — учились работать на земле. Потому что труд — это основное мерило человеческого достоинства. Так было, так есть.

Я не раз об этом депутатам говорил: если хотим закрепить молодежь — это надо возвращать. Ребята учились на трактористов, на водителей прямо на месте. Мы лучшего механизатора зимой отправляли в школу преподавать вождение. Потом все это убрали, — сетует Никифоров. — Якобы детский труд — негуманно. Вот я с двенадцати лет работаю. И что, меня это угробило? Нет. Наверное, наоборот, воспитало. И тех, кто рядом со мной работал, тоже. Воспитало людей, на которых можно положиться.
Сейчас устроить пацана на работу — целая история. И ведь есть готовые работать ребята, но сама система не дает: по возрасту, по условиям.

«Господи, им красить нельзя, болгаркой резать нельзя. Зато на мотоциклах ночами гонять и энергетики пить — это пожалуйста, — продолжает Владимир Иванович. — С другой стороны, мне нравится, что при аграрном университете сделали среднее специальное образование. Ребята туда понемногу идут, и это верный шаг вперед. Власть тоже этим озадачена. Но пока ситуацию не переломили, хотя всячески стараемся».

По словам Никифорова, в целинные годы сюда на уборку хлеба приезжали со всего края и страны: от Барнаула до Ростова. Направляли работников управления, райкомы, райисполкомы и т.д. Потом 90% поразъехались. Остался костяк — семей тридцать.
«Если по нынешнему коллективу судить, у нас тут почти нет старожилов. Все-таки съехались ведь сюда люди, которых что-то не устраивало там, где они были. Хотя многих ничего не устраивает — есть такая, к сожалению, большая категория людей: сегодня на одном месте, завтра на другом. Многие работают вахтой», — рассуждает Никифоров.

Есть вещи, признает руководитель, которые крайне трудно переломить. Одно дело найти человека, а другое — удержать. Даже жильем, как раньше, уже не получается. Время изменилось, а с ним и люди.

Источник: газета Алтайская нива, автор Глеб КОЛЕСНИКОВ